В России созданы сейчас идеальные условия для мелкого бизнеса. Составители отчётов могут смело засовывать свои схоластические рейтинги и индексы прямо себе в архив.
США. Четвёртое место. Дания. Пятое место. Финляндия.
Четырнадцатое место. Россия. Стовосемнадцатое (!) место.
Теперь, внимание, вопрос составляющим индексы кабинетным теоретикам, которым собственный бизнес даже по ночам не снится. Почему наши бизнесмены не едут массово открывать своё дело в Штаты, в Данию, в Финляндию и прочие «лёгкие для ведения бизнеса» страны? (В Китай, правда, едут, но он тоже в этом рейтинге на шестьдесят последнем месте).
Отвечаю. Потому что вести бизнес на Западе действительно легко. Но… невыгодно. В России ты открываешь маленький магазинчик, и через два месяца у тебя уже пошла прибыль, а через год ты уже всё окупил. В Штатах ты открываешь магазинчик и три года работаешь в убыток, так как не можешь конкурировать с Вол-Мартом, а на четвёртый год у тебя полностью кончаются деньги и судебные приставы превращают тебя в опустившегося бомжа.
В российской федерации бизнеса больше нет
У России есть одно очень важное преимущество перед другими странами. Наш рынок пуст — конкуренции на нём практически нет. Наоборот, по российскому рынку рыщут полчища покупателей с пухлыми пачками денег наперевес и чуть ли не на коленях умоляют продать им товар.
Последние несколько месяцев я делаю ремонт в квартире. Никаких особых изысков — материалы из магазинов уровня Карауты/Мерлена плюс скромный декор а-ля полиуретановые балки на потолке.
Так вот. Заявляю со всей ответственностью — строительный рынок в России гол и пуст. Магазины работают медленно, кладут болт на клиента и безбожно срывают сроки из-за собственного раздолбайства. Продавцы откровенно околачивают груши на рабочем месте, службы доставки даже и не пытаются внятно работать. Накрутка цен при этом идёт иногда в разы.
Люди же, которые делают что-либо руками — типа плиточников — уже чуть ли не персональных секретарей себе заводят, чтобы как-то справиться с очередью заказов. Некоторые плиточники завышают цены на свои работы в два-три раза от рынка и, что характерно, без особо труда находят себе отчаявшихся клиентов.
На Слоне на днях была замечательная статья про «стартапы-киллеры»:
Рекомендую прочесть всем, кто думает об открытии собственного малого бизнеса. Если вкратце, там автор объясняет, почему разные хитровыдуманные стартапы типа рекламы на скамейках почти поголовно прогорают, в то время как обычные кафе или парикмахерские стабильно приносят прибыль.
Всё дело в том, что конкуренция в России — в отличие от тех же США, Дании, Финляндии и так далее — отсутствует. Малому бизнесмену вполне достаточно делать ровно то же самое, что и его коллеги по отрасли. И если он не будет совсем уж забивать на ведение дел, всё будет окей.
Подведу немного теории под эти факты.
Одна из главных проблем России — дикий кадровый голод. Поэтому если малый бизнесмен лично проводит в своём кафе по восемь часов в день, он заведомо выигрывает у кафе через дорогу, в которое хозяин приезжает раз в день для снятия кассы. Так как сотрудников, способных хорошо работать без постоянного надзора, очень мало, и эти сотрудники редко засиживаются на низовых должностях.
Лучше времени, чем сейчас, для развития бизнеса в России, нет.
Знаете, на что похожи эти рейтинги «лёгкости ведения бизнеса»? Вот есть есть у нас два места под автосервис. Одно — безо всяких изысков. Грубые отапливаемые кирпичные конструкции, уродливые внутри и снаружи. Второе — идеальное, как на картинке. Всё выложено плиткой, стены все чистые и ровные, офисная часть по высшему разряду.
Но… аренда в десять раз дороже.
Так вот. По «индексу удобства управления автосервисом» пафосный вариант будет однозначно лучше. Но реальный бизнесмен выберет, скорее всего, вариант с минимальными удобствами. Так как если из-за этого пафоса он будет вынужден сделать цены в три раза дороже, клиенты тупо перестанут к нему ездить.
То же самое и с Европой. Да, пафосно. Да, мелкого геморроя меньше. Но совершенно неинтересно по деньгам.
Ещё из личного опыта. У меня в районе нет вменяемых кафе.
Есть разнообразный фастфуд, в котором делают еду для людей с желудками из нержавеющей стали. Есть рестораны, в которых кусок мяса будут готовить не меньше тридцати минут и приготовят в итоге на троечку. И, наконец, есть обычные кафе, в которых готовят пусть быстро, но настолько плохо, что трезвому человеку без отвращения кушать там весьма тяжело.
Любое кафе, в котором будут готовить быстро, сносно и за вменяемые деньги, будет просто обречено на стабильную прибыль.
Было бы интересно, кстати, провести такой эксперимент. Взять страны из «индекса лёгкости», выбрать там несколько начинающих предпринимателей. Вручить каждому, скажем, по двадцать тысяч долларов (средняя зарплата в Петербурге за два-три года) и предложить открыть какой-нибудь скромный бизнес.
Уверен, что первым стабильную прибыль начнёт получать именно российский бизнесмен. Финские чиновники могут тебя хоть в задницу по утрам целовать, но если клиентов тупо нет, а у конкурентов то же самое лежит тупо дешевле — бизнес придётся закрывать.
Ну, в самом деле, мы ежедневно читаем в газетах, как кто-нибудь на благополучном Западе вскрывает себе вены или бросается с моста от безысходности. В Англии вон сорокапятилетний мужчина, отчаявшийся найти хоть какую-нибудь работу, продаёт себя в Интернете через электронный аукцион. Если бы Англия реально была бы на шестом месте по лёгкости ведения бизнеса — неужели он не открыл бы какую-нибудь люля-кебабную или что-нибудь аналогичное?
Повторюсь: все эти рейтинги составляют люди, от бизнеса крайне далёкие. Поэтому важнейшие для бизнеса вещи, типа количества платежеспособных клиентов на рынке, они банально игнорируют как маловажные…
Отмечу, правда, один нюанс.
Всё вышеизложенное смешивается в гремучую смесь идеальных условий для бизнеса в России только в том случае, если вы работаете сами. Проводите на своей фирме каждый рабочий день, лично следите за качеством продукции, какую-то ответственную часть работы даже выполняете своими руками. При этих условиях, да, работать в минус в России практически нереально — это вам не США и не Европа.
Для бизнеса же среднего и крупного действуют уже другие правила, обсуждение которых выходит за рамки этого поста. Впрочем, и в более крупном бизнесе у нас дела тоже обстоят достаточно хорошо. Как правильно сказали вчера блогеры, сколько Олег Тиньков ни нахваливал западные порядки, но бизнес свой он всё же ведёт в России. Так как на Западе уровень конкуренции — и, соответственно, прибыльности — совершенно другой.
Update. Россия обогнала США в рейтинге самых дешевых стран для ведения бизнеса:
Источник: olegmakarenko.ru
государствоообразующая коррупция, основанная на одной простой, ясной и понятной мысли, что нет бизнеса лучше, чем Россия ++
И тому, кому посчастливилось захватить ведущие места может больше никогда ни о чем не беспокоиться до 12 колена вперед. Это спокойная, царственная коррупция, которой некого боятся вообще. У нее великолепная осанка, державное выражение лица. Правоохранительные системы выстроены специально так, чтобы она была в покое и в хорошем настроении всегда. Для нее принимаются законы, за нее голосуют фракции, истерируют пропагандоны, ее охраняют 10 различных спецслужб и бессчетные полки этих запотевших дуболомов.
Иногда публика видит отблески ее сокровищ в виде дворца в Геленджике или яхты, длиннее авианосца. Я подозреваю, там вообще были и двуглавый орел и тени царей и всех героев войн и так д алее. То есть на нее приятно посмотреть, она работает как часики. Она всегда бодра, уверена в себе, и ворует планово, грамотно то, что разрешено или, что специально выделено для этого воровства, а поскольку выделено все
Источник: qna.center
Юрий Трутнев: Места для создания бизнеса лучше, чем на Дальнем Востоке, на карте РФ нет
«Дальневосточный гектар» может стать самой масштабной программой добровольного переселения россиян в азиатскую часть страны со времен столыпинской реформы. Бесплатно раздавая землю, государство готово кредитовать ее освоение — это позволит привлечь в регион сотни тысяч новых жителей. В интервью корреспонденту «Известий» Марии Тодоровой вице-премьер Юрий Трутнев рассказал, кому раздают землю на Дальнем Востоке и как новые поселенцы изменят жизнь этой части России, сообщает ИА ЕАОMedia со ссылкой на газету «Известия».
— Юрий Петрович, вы на прошлой неделе заявили, что участникам программы «Дальневосточный гектар» будут выдавать льготные потребительские кредиты. Но отметили, что эти деньги должны будут целевым образом пойти именно на освоение гектара. Как это планируется сделать?
— Да, мы действительно придумали новый инструмент поддержки — льготное кредитование. Кредиты для людей, получивших один гектар в категории индивидуальный получатель и по коллективной заявке. Это разные продукты. Они оба созданы по поручению правительства Фондом развития Дальнего Востока (ФРДВ).
Индивидуальный кредит будет предоставляться сроком до пяти лет Почта-банком, коллективные кредиты сроком до 8 лет — Внешэкономбанком. Ставки от 8,5 до 10,5%. Но деньги на руки давать не будем (улыбается). Будет организована специальная электронная площадка — фактически интернет-магазин, в котором человек сможет заказывать необходимые вещи.
Что нужно ему: трактор, материалы для строительства дома, какие-то электроприборы. Выбираете товар, делаете заявку, банк проплачивает, получаете. Такая маленькая «али-баба». Таким образом, мы будем уверены, что деньги пошли на ту цель, для которой они предназначены. Кроме того, это будет помощью отечественным производителям.
Выставлять свои товары на сайте смогут любые производители со всей России.
— Товары как-то будут проверяться?
— Проверяться они будут в соответствии с российским законодательством, как проверяются товары при поступлении в магазин, в торговую сеть. То есть все товары должны быть сертифицированы.
— Как можно будет туда попасть производителям?
— Что касается самой программы «Дальневосточный гектар», сколько уже москвичей выразили желание переехать на Дальний Восток и, как вам кажется, почему?
— У нас сегодня карта по заявкам выглядит следующим образом: впереди по объему заявок три дальневосточных региона: Приморье, Хабаровский край, Республика Саха — Якутия. Дальше уже идут Москва, Московская область, Екатеринбург, Башкирия — вся география нашей замечательной родины. Объем заявок из Москвы и Московской области — более 1,2 тысяч из 64-х тысяч.
Во-первых, я уверен, что уже сейчас территории для создания бизнеса лучше, чем на Дальнем Востоке, на карте Российской Федерации нет. Во-вторых, природа прекрасная. Что касается больших городов — кому-то они нравятся, кому-то нет. Мне, например, не сильно. Поэтому я совершенно уверен, что люди на Дальнем Востоке и жить будут, и закрепляться, и приезжать будут.
Более того, у нас заходы на сайт программы есть из США, Германии, с Украины, из Казахстана, из целого ряда других стран. Было бы замечательно, если бы оттуда люди вернулись в Россию. Я имею в виду тех, у кого остались российские паспорта. Понятно, что гражданам Америки гектар мы давать не планируем.
Но если у человека есть российский паспорт и он заблудился за океаном, пусть возвращается. Они получат точно такой же гектар, как и все остальные. Если у них хватило ума за это время понять, что жить в России лучше, а на Дальнем Востоке еще лучше, чем на других территориях, то пусть сюда и приедут.
У меня много разных мечтаний. Есть мечта, чтобы возникали новые населенные пункты. У нас довольно много заявок — коллективные. То есть несколько человек подают заявку на участки в одном месте. И возникает один простой вопрос: а что это значит?
А это значит, что люди сделали выбор, где им жить будет комфортно. Недавно я получил информацию, что в Шкотовском районе Приморья с ноября 2016 года на рассмотрении находятся заявки на 81 га для коллективного использования в целях создания экофермы с гостевым домом, а чиновники начали им голову морочить.
Не внесли заблаговременно информацию о правах на земельные участки и сделали это только после того, как на эти земельные участки поступила коллективная заявка. С чиновниками мы быстро разберемся, а людям эту землю, естественно, предоставим. У нас в России в последнее время не так много городов появляется. Сейчас, по сути, город возникает рядом с космодромом Восточный.
В совсем другое качество переходит город Большой Камень после начала строительства завода «Звезда». В городе Свободный, новой территории опережающего развития (ТОР), планируется большое количество нового жилья.
— В основном по какой причине люди подают заявку на гектар?
— Больше всего тех, кто хочет построить себе дом. Но много и других заявок: на развитие пчеловодства, сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса, туризма. Я с людьми разговаривал — некоторые предложения совсем экзотические. Не сразу додумаешься так один гектар использовать…
— Приведите пример, интересно…
— Перевозка почты на квадрокоптерах! Вот это идея. Что касается строительства жилья, взять, например, Владивосток. Город застроен своеобразно — где густо, где пусто. Получить землю во Владивостоке немыслимо сложно. Мне даже приходилось вмешиваться по предоставлению участков для многодетных семей. А сейчас, когда встречался с получателями одного гектара, спрашиваю: зачем взяли?
Они говорят: дом хотим построить. Я говорю: а где? Они говорят рядом с Владивостоком, 15 минут ехать, рядом дорога и линия электропередачи. Можете себе представить, что в 15 минутах от Москвы бесплатно предложат участок с дорогой и линией электропередачи и оформят быстро — за два месяца? Нельзя себе такое представить.
А на Дальнем Востоке — пожалуйста. Главное, что люди получат возможность для нормального, комфортного существования. Если у человека будет приусадебный участок, значит, у него детей будет больше. Получается, больше детей будет рождаться на Дальнем Востоке.
— Для этого же нужны школы, детские сады, другая инфраструктура. Как этот вопрос решается?
— Один гектар сегодня — принципиально другая технология предоставления земли, не такая, как принято у нас везде. Обычно муниципалитет устанавливает, где можно выделить землю, где нельзя. У нас на Дальнем Востоке наоборот — разрешено все, что не запрещено. Можно взять участок внутри тайги и заниматься охотой и рыбной ловлей или построить там туристическую базу. В этом случае мы не сможем, конечно, к каждой такой базе дорогу построить.
Идеологом того, где брать участок, что будет на нем происходить, выступает сам человек. Мы подключаемся по инфраструктуре тогда, когда более 20 человек в одном месте делают коллективную заявку. Тогда им по закону предоставляется поддержка строительства инфраструктуры.
Но нужно отметить, что они часто и не рассчитывают на дорогу. Например, я знаю историю: в Хабаровском крае в районе выхода к Шантарским островам люди строят туристическую базу. Там никаких дорог и близко нет. Они туда добираться будут на вертолетах, организовывать программы, туристические путешествия на лодках. Но они хотят именно там построиться.
Потому что они уверены, что это самое красивое место в мире. У каждого человека есть свое самое красивое место на земле.
Другой пример — когда только началось выделение земли в Приморье, озеро Ханка оказалось окруженным заявками в три ряда. Я, когда приезжал, проверял систему, совершенно случайно говорю: а покажите мне систему формирования участков, вырежьте мне участок вот тут, рядом с озером Ханка. А мне говорят: Юрий Петрович, не получится, там все в три ряда уже занято.
— Вы упомянули территорию опережающего развития «Свободный». На прошлой неделе на правительственной подкомиссии по развитию Дальнего Востока было одобрено создание двух новых ТОР: «Свободный» и «Нефтехимический». Планируется ли создание новых ТОР?
— «Восточная нефтехимическая компания» (ВНХК) «Роснефти» будет находиться на территории ТОР «Нефтехимический». На территории «Свободный» сейчас три проекта: Амурский ГПЗ «Газпрома», амурский газохимический завод «Сибура» и завод по производству метанола. И будут еще проекты.
Губернатор Амурской области Александр Козлов, выступая на подкомиссии, отметил, что строительство этих заводов побуждает и других инвесторов подумать над новыми инвестпроектами. Насколько мне известно, к нему уже обратились новые инвесторы. У меня пока материалов по этим проектам нет.
И да, мы будем дальше этим заниматься — созданием ТОР. Это не конец. Развитие — это соревновательный процесс. В нем нельзя остановиться и сказать: мы уже что-то сделали и всё хорошо. Инвестиции, люди, мозги, грубо говоря, перетекают из одного места в другое в зависимости от того, где условия лучше.
Вот мы условиями и занимаемся. Мы не остановимся ни в создании ТОР, ни в поддержке инвестпроектов.
— Еще вы поддерживаете проект строительства Амурского НПЗ. Насколько нам известно, там были проблемы с подключением к нефтепроводам и поставками нефти. Удалось ли инвесторам договориться о поставках нефти? «Роснефть» вроде бы уже отказалась от этого. Какие другие компании согласились?
— Нужно отметить, что уже построено первое предприятие, которое в рамках этого проекта было заявлено, — цементный завод, который обеспечивает строительными материалами создание завода. На данный момент уже 5 млрд рублей вложено в этот проект.
«Роснефть» у нас самая большая нефтяная компания, но, слава богу, не единственная. Насколько мне известно, инвесторы Амурского НПЗ купили две небольшие нефтяные компании: в Якутии и Иркутской области. Объем их добычи может закрыть половину потребности НПЗ, то есть до 3 млн т нефти.